Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как из стен больницы крупного областного центра вывели трех человек в наручниках, но пациентки гинекологического отделения еще долго не будут чувствовать себя в безопасности. Уже несколько месяцев прошло с тех пор, как из стен больницы крупного областного центра вывели трех человек в наручниках, но пациентки гинекологического отделения еще долго не будут чувствовать себя в безопасности. Особенно если им предстоит испытать на себе наркоз... Пузырьки в голове — Доигрались мы с тобой, — сообщила мужу Вера. — Завтра ложусь на аборт. В назначенное время Веру и трех ее подруг по несчастью пустили в предоперационную палату. — Можно, я первая пойду? — попросила Вера. Однако анестезиолог распорядился иначе: Вере предстояло войти в операционную последней. — Ты какой напиток больше всего любишь? — ласково спросил анестезиолог. — Шампанское, — стуча от страха зубами, призналась Вера. — Вот и хорошо. Сейчас сделаю укольчик, и тебе словно пузырьки в голову ударят, а потом ты заснешь, увидишь хороший сон — эротический. А проснешься — все будет позади... Сначала перед глазами Веры в абсолютной темноте поплыли оранжевые точки, потом она услышала странное сопение и почувствовала... специфические толчки. «Это и есть обещанный сон?» — подумалось ей. Женщина с трудом открыла глаза. То, что она увидела, показалось ей бредом: доктор Селезнева и анестезиолог куда-то исчезли, а прямо над ней склонился незнакомый мужик. Его лоб был покрыт капельками пота. Приподняв голову, Вера увидела голый живот мужика. Сомнений в происходившем не осталось... Взгляд Веры встретился со взглядом насильника. Вера закричала что было мочи. Из смежной комнаты выбежали хирург-гинеколог Нина Владимировна Селезнева и анестезиолог. Незнакомец, пытаясь натянуть штаны, заметался по операционной. Анестезиолог взял его под локоть, и они выскользнули за дверь. — Голубушка, не стоит так волноваться, — успокаивала Нина Владимировна перепуганную Веру. — Вам просто все приснилось! Сейчас вернется доктор, сделает вам еще один укол, и мы все закончим. — Нет уж, — Вера решительно слезла с кресла, — больше вы меня не одурачите. И вообще — я сейчас прямо в милицию! — Давайте обо всем забудем, — прошептала Селезнева, — зачем нам с вами такой скандал? Вера почувствовала, как в ее карман опустилась рука докторши. Выйдя на улицу, женщина достала из кармана стодолларовую банкноту. «Вот стерва, она же меня просто продала. Как проститутку! Ну, погоди у меня», — сказала себе женщина и отправилась в милицию. Выслушав потерпевшую, сотрудники милиции пришли к выводу — либо перед ними любительница эротических фантазий, либо они имеют дело с отъявленными мошенниками. — Взять таких преступников с поличным непросто, — рассказывает следователь Игорь Захаров. — Можно было сыграть захват впустую — в операционной не оказалось бы посторонних или бы изнасилование еще не началось. Мы прекрасно понимали: после случившегося с Верой Селезнева и ее сообщники на время затаятся. Мы выждали месяц, в течение которого проверили связи доктора Селезневой и анестезиолога Горшкова. Наше внимание привлек сын Селезневой Борис, который на тот момент занимался частным извозом. С поличным! Кавказец назвал адрес. Не торгуясь, плюхнулся на сиденье... От него пахнуло перегаром. Разговор завязался сам собой. Через полчаса Борис знал о попутчике немало: Гога торгует каким-то барахлом, в их городе бывает наездами — недели на три-четыре. Борис предложил Гоге такое развлечение, от которого у того даже глаза заблестели. Договорились встретиться на следующий день. К четырем часам Гога был на месте. Борис потребовал деньги вперед, но кавказец заупрямился — сто долларов до развлечения, сто — после. — Только чтоб блондинка была, — напомнил клиент. — Само собой, — заверил Борис. Он проводил гостя в холл перед операционной. — Проходите, — пригласила Гогу доктор, — в вашем распоряжении не более получаса. Если что — мы рядом, за стеночкой. Уже через десять минут Гога появился в дверях кабинета, достал из бумажника сто долларов и отдал доктору Селезневой. Через секунду в кабинете появились люди в камуфляже... За спинами врачей защелкнулись наручники. Гога достал удостоверение и представился задержанным: «Капитан милиции Георгий Георгадзе». «Клиент хочет рыженькую» (Из беседы с капитаном Георгадзе) — Идея организовать бизнес на своем рабочем месте пришла в голову Нине Селезневой год назад. Тогда ее сын угодил в аварию. Чтобы расплатиться за разбитую «Вольво», в которую врезалась «шестерка» Бориса, сбережений Селезневой не хватило. Анестезиолог Горшков вошел в положение коллеги, и вместе они продали свою первую жертву... «крыше» хозяина «Вольво». Потом аналогичным способом заработали на ремонт собственной «шестерки»... На этом потребности врачей не закончились, дело встало на поток. — Кто находил клиентов? — Борис, он оказался классным психологом, с первого взгляда угадывал нужного клиента. Во время поездки выводил его на разговор о «клубничке». Клиент, не ожидая подвоха, откровенничал, а потом получал заманчивое предложение. У Бориса было всего несколько осечек — один клиент попросил остановить машину и вышел, еще несколько человек не явились на встречу. Надо заметить, что никто из этих мужчин не обратился в милицию. Со временем преступники почувствовали свою неуязвимость. Неудивительно: ведь даже главврач гинекологического отделения не могла проникнуть в операционную, не постучавшись. По ее свидетельству, нередко ей открывали дверь спустя три—четыре минуты. — Что же предлагали преступники своим клиентам? — Вообще сервис пытались организовать по максимуму. Нина Владимировна подбирала жертву, руководствуясь пожеланиями клиента, — рыженькую, пухленькую и так далее. Конечно, эти критерии довольно условны — клиента предупреждали, что деньги берут за «ситуацию». Но все же врач присматривалась к пациенткам и подходящим назначала время аборта, исходя из собственных интересов. Женщину приглашали в операционную последней, когда остальные пациентки уже отправлялись по домам. Ей вводился наркоз, половые органы обрабатывали антисептиком, чтобы не подхватила случайную заразу, и оставляли наедине с клиентом. — Мог ли он поменять позу женщины, находящейся под наркозом? — Нет, на гинекологическом кресле перевернуть женщину на бок или на живот практически невозможно, зато само кресло легко меняет высоту, как вертолет. Естественно, ноги женщины зафиксированы так, что половые органы максимально доступны. — Клиенты приходили только по одному? — Иногда Борис приводил сразу двух клиентов, которые по очереди занимались сексом с беззащитными женщинами. — А обеспечивалась ли хоть как-то их безопасность? Ведь мог явиться и маньяк... — Анестезиолог пытается оправдать себя тем, что следил за происходящим через замочную скважину... — Сколько стоил секс на «вертолете»? — Селезнева призналась, что они не брезговали даже суммой в одну тысячу рублей. Максимально удалось «снять» двести долларов. — Много ли женщин успело побывать на «вертолете», летящем «другим рейсом»? — Около двух сотен. Идет следствие. Борису Селезневу предъявлено обвинение в сводничестве, что предполагает лишение свободы до трех лет. Нину Селезневу и Сергея Горшкова будут судить за организацию объединения, посягающего на личность и права граждан, они могут оказаться за решеткой на пять лет. На вопрос следователя, не тяжело ли было так «работать», Нина Владимировна ответила: — Да ничего тяжелого, в любой больнице такое организовать не проблема! Раскаяния в содеянном в ответе врача-преступницы следователь не уловил. Комментарий сексолога: — Я предполагаю, что проблем с поисками клиентов у Бориса не возникало. Ситуация, которую предлагали мошенники, настолько экзотична, что многие любители экстрима не отказались бы пополнить свою коллекцию таким неординарным случаем. Ситуации с больницей недаром обыгрываются в эротических фильмах: врач, повелевающий своей пациенткой, пациентка, полностью отдающаяся доктору... В данном случае пикантная ситуация, щекочущая нервы, не игра актрисы или проститутки, а реальная жизнь. Кроме того, клиент понимает, что перед ним не продажная женщина, а порядочная. Может быть, чья-то жена... Это тоже заводит. Известно, что многие мужчины не любят использовать презервативы; в этом случае они и не нужны — женщина абсолютно чиста, исключена и возможность повторного «залета». Так что закончить близость можно естественным образом. Комментарий юриста: — Преступление врачей можно отнести к тяжким. Они не только использовали тела пациенток для собственной наживы, но и подвергали риску их жизнь. Среди клиентов мог оказаться больной СПИДом, маньяк или извращенец. К счастью, пациентки легко отделались, если, конечно, в данном случае можно так выразиться. Скорее всего, следствию не удастся доказать посягательство на жизнь потерпевших, но на самом деле на совести преступников — именно этот грех. Из досье Современные препараты, используемые в анестезиологии, в отличие от препаратов предыдущих поколений, не вызывают после пробуждения побочных эффектов: тошноты, головокружения, помутнения сознания. Кроме того, сегодня врач может рассчитать точное время действия наркоза. Однако некоторые вещества и лекарственные препараты тормозят действие анестетиков. Так, содержащийся в крови пациента алкоголь может прекратить действие наркоза ранее предполагаемого срока. Есть также примеры индивидуальной невосприимчивости к анестезии. Для усыпления таких пациентов требуется большее количество препарата и постоянное наблюдение врача-анестезиолога. Источник: s-info.ru